Бежать некуда / Nowhere to Run

Глава 3. Долгий переход

Переход

Пыль Dustlands скрипела под ботинками, солнце жарило спины, пот смешанный с грязью стекал по коже, липкий, солёный, забивал глаза и рот. Рюкзаки врезались в плечи — тяжёлые, набитые хламом, Rush-паками и водой, что кончалась быстрее, чем хотелось. Тое тащил свой, тело горело, Chainband натирал шею сырым следом, Lockcage впивался в пах, член набухал от вибрации шагов, прекам сочился, пачкая crotchrag и бёдра холодной слизью. Ноги подкашивались, мышцы ныли, пацанское тело дрожало от износа, пыль хрустела на зубах.

Бастион шагал рядом, массивный, его рюкзак сидел как часть торса, но lockcage давил яйца, трение жгло, пот с грязью стекал по ногам, усталость наливалась в спине тяжёлым грузом. Косился на Тое — мелкий мокрый, шатается.

Рейк впереди, уверенный темп, мохок dusty ginger в пыли, пот с грязью размазан по рельефному торсу, кольца в сосках блестели. Огибал ржавые кости Oldblood, прислушивался к ветру, следил за горизонтом. Жест рукой — “Стойте”. Группа замерла, дыхание сбитое, тела вспотели, грязь липла к коже.

Рейк присел у руин, пальцы ковыряли свежий след в песке — глубокий, когтистый. Пот с грязью мазнул по ладоням. “Йо, паузы нет, следы Chain Collectors свежие. Пыль по полгорсти, воду глоток. Груз не бросать, на ферме Grip’у сдадим — двойная цена за целость.”

Тое споткнулся, рюкзак качнулся, хлам звякнул, ноги подкосились, Lockcage врезался в бедро, прекам хлюпнул. Бастион подхватил плечо массивной рукой, толкнул вперёд: “Тащи, мелкий, шагай.” Тое моргнул, взгляд на руины — ржавые кости торчали, как зубы. “Сэр, а эти руины… они живые? Твари там водятся?” Голос сиплый, пыльный, тело дрожало.

Бастион рыкнул, кулак сжал пыль: “Не болтай, малек. Рейк ведёт.” Рейк хмыкнул, встал, отряхнул руки: “Твари да, но груз дороже. Двигаем.”

Шаги тяжелее, рюкзаки жали, клетки тёрлись, прекам холодил бёдра. Шорох из руин — Duststalker вылетел из тени: два с половиной метра мускулов, шкура в костяных шипах, пасть разинута, слюна Black Milk капает чёрными каплями, шипит на песке, глаза — провалы Oldblood.

— Круг, бля! — Рейк выхватил бластер, выстрел чиркнул по шипам, промах, зверь дёрнулся, рванул вперёд.

Пацаны сжались спинами, рюкзаки в центр. Бастион шагнул навстречу, нож в кулаке. Зверь прыгнул — шипы полоснули плечо, кровь брызнула, яд обжёг мышцы, как Rush в венах, отдача в грудь, дыхание сбилось. Бастион зарычал, кулак врезал в морду — хруст, чёрная слюна разлетелась, тело вздулось от адреналина, lockcage сдавил набухший член, прекам потёк по бедру. Толкнул Тое за спину локтем, сбил с ног, прикрыл торсом — ноги Бастиона подкосились от яда, но устоял.

Тое грохнулся, рюкзак хламом звякнул, пак Rush покатился, пыль взвилась. Сердце колотилось, Chainband жёг, Lockcage пульсировал, прекам хлюпал. Рука схватила обломок ржавой арматуры — кинул в бок зверя, шипы хрустнули, Duststalker взвыл, отвлёкся, рывок Бастиона вырвал миг.

Рейк шагнул вбок, бластер в пасть — луч прошил глотку, Black Milk вспыхнул, пасть захлопнулась в конвульсии, тело дёрнулось, рухнуло. Песок впитал кровь и слюну, вонь ударила.

Бастион ножом снёс голову твари, брызнула чёрная жижа. Рейк присел рядом и стал собирать жижу во флаконы: “Эта хрень многим парням в мозг ударит — как Black Milk, трип с мутацией, но половина сдохнет. Мутации нестабильны, но для нас — чистая прибыль. Двигаем, пока Collectors не нагрянули.”

Дыхание рваное, пот с грязью рекой. Рейк достал тряпку, налил воды из фляги, промыл рану Бастиона, потом присыпал её rush-ем. Кровь смешалась с пылью, яд жрал мышцы, жжение отдавалось в ноги, lockcage тёрся, прекам стекал.

Тое сидел рядом, глаза большие: “Сэр, а зверь… он из-за Rush? Больно Бастиону?” — Голос дрожал, тело мокрое от пота и адреналина, прекам капал из клетки.

Бастион рыкнул: “Заткнись, мелкий. Рейк знает, что делать,” — Взгляд косой, ревность кольнула — Рейк трогает плечо, хлопает, а малек пялится.

Рейк хмыкнул: “Яд вымоем, Rush снимет жжение. Груз цел — ферма Grip’а заплатит. Двигаем скоро, силы кончаются.”

Повязка стянута, Бастион встал, плечо ныло, но шагнул. Тое схватил рюкзак, адреналин ещё бил в венах. Руины остались позади, Dustlands ждали.

Вечер у костра

Костёр разгорелся неохотно — сухой кустарник трещал, дым стелился низко, ночь Dustlands наваливалась холодом. Тела рухнули в круг: Тое сполз на песок, рюкзак сбросил, crotchrag прилип к бедрам, пот стекал по ногам, Lockcage холодил кожу. Бастион сел тяжелее, плечи опустил, взгляд на Рейке — лидер жрал горсть пыли, разминал в ладонях. Усталость висела в воздухе, молчание густое, тела блестели от пота, запах соли и Rush витал.

Бастион напрягся — Рейк глянул на Тое дольше обычного, пацан растянулся, дыша ртом, голубой мохок слипся. Ревность кольнула: Бастион знал этот взгляд, но мелкий здесь новенький, свежий, забирает внимание. Тело Бастиона сжалось, lockcage напомнил, яйца ныли.

Тое, вытирая пот, кивнул Бастиону — массивный тип, шрам на шее, клетка выпирает под crotchrag’ом. “Йо… а ты что, тоже раб?” — выпалил Тое, голос сиплый от пыли.

Бастион замер, кулак сжал песок. “Нет. Я свободный,” — прорычал низко, взгляд тяжелый.

Тое моргнул, уставился ниже пояса. “Ну у тебя же тоже клетка… бля.”

Рейк среагировал мгновенно — рука взметнулась, хлестнул Тое по затылку, голова молодого раба мотнулась. “Пацан, отстань от Бастиона. Не приёбывайся к нему,” — Рейк сказал ровно, без крика, но вес в голосе прижал Тое к земле.

Тое покраснел, рот открылся-закрылся, смущение жгло щеки, глаза в песок уткнул. Тишина у костра сгустилась, тела замерли — Бастион выдохнул, ревность кольнула сильнее, Рейк смотрел на обоих, уголок рта дернулся.

Рейк почувствовал, как Dust уже возвращал силы — жар в венах, хуй шевельнулся в джок-стринге, набух от этой хуйни: Бастион злится, кулаки сжаты, ревнует к мелкой дырке Тое, а пацан красный, как рак, рот приоткрыт, ждет. “Бля, вы меня раззадорили,” — Рейк хмыкнул, голос низкий, потянулся к паку Rush, Бастион дёрнулся автоматически, рука потянулась за дозой, но Рейк перехватил запястье — физически, резко, сжал. “Ещё не заработал, бро.”

Рейк глотнул Rush из маленького пакета, жидкость обожгла горло, и мир сразу стал гуще — пот на коже задышал жарче, хуй в джоке дернулся, наливаясь тяжестью. Костёр трещал, отбрасывая тени на лица, пыль Dustlands оседала на потных торсах, а воздух висел тяжёлый, пропитанный потом и напряжением перехода. Он вытер рот тыльной стороной ладони, глаза загорелись властью и желанием, и он кивнул Тое, сидевшему напротив, колени в пыли, cage под crotchrag’ом подтекает от одного взгляда лидера.

— Йо, Тое, сюда, мелкая сука, — Рейк хлопнул по бедру, голос низкий, уверенный, как удар. Тое дёрнулся, тело отозвалось послушно, щенячьи движения — на четвереньках прополз через круг у костра, глаза большие, рот приоткрыт. Рейк схватил его за mohawk, рванул вверх, прижал к своему торсу. Губы Рейк впились в рот Тое, грубо, язык толкнулся внутрь, слюна смешалась с пылью, вкус соли и Rush. Руки Рейк скользнули по худому телу, сжали ягодицы жёстко, пальцы впились в мясо, cage Тое качнулся, предсемя капнуло на землю.

Бастион сидел сбоку, массивный, lockcage давит яйца, мышцы напряжены, взгляд прикован — ревность жжёт, хуй в клетке набух, но выхода нет. Он зарычал тихо, не выдержал, подполз ближе, рот открылся сам, губы обхватили хуй Рейк через джок, выудили его наружу — толстый, венозный, уже мокрый от предсемени. Бастион заглотил по яйца, горло сжалось, слюна потекла по стволу, он сосал жадно, голова двигалась ритмично, как машина, фокусируясь только на Рейк, на этом вкусе мускуса и Rush.

Рейк хмыкнул, одной рукой управлял головой Бастиона — пальцы в волосах, толкал глубже, хуй упирался в горло, Бастион хрипел, слёзы текли, но сосал сильнее, яйца Рейк шлёпали по подбородку. Другой рукой Рейк прижал Тое к соскам — “лижи, сука”. Тое уткнулся ртом в левый сосок, кольцо в нём холодное, металлическое, вкус соли от пота, Rush изо рта лидера жжёт язык, он лизал жадно, посасывал кольцо, тянул зубами, тело дрожало от возбуждения. Они вдвоём работали — Бастион сосал хуй, Тое гладил яйца Рейк ладонью, сжимал, катал, потом менялись: Тое заглатывал головку, Бастион лизал ствол снизу, синхронизировались, Бастион рычал тихо, направлял Тое рукой на затылке — “глубже, мелкий, бери”.

Рейк откинулся назад, на локти, тело блестело от пота, Rush разливался волнами — соски торчали, кольца блестели, хуй пульсировал во рту Бастиона. Он рванул Бастиона за плечи, повалил на спину в пыль у костра, ноги раздвинул грубо, cage Бастиона качнулся, предсемя брызнуло. Рейк плюнул на дыру Бастиона, пальцем растянул, вошёл одним толчком — Бастион зарычал, дыра сжалась, простата даванулась. Рейк ебал жёстко, мял соски пальцами, тянул кольца, пощёчины по щекам — левая, правая, голова Бастиона дёргается, рот открывается навстречу густым плевкам рейка, слюна стекла по подбородку. Бастион хрипел, тело выгибалось, lockcage терся о бедро Рейк, drycum накатывал волнами, но фокус на Рейк — не мог кончить, только спазмы, яйца сжимались пусто.

Рейк рявкнул Тое — “На четвереньки рядом, жопой ко мне”. Тое встал раком рядом, задница выставлена, Рейк одной рукой потянулся, помял ягодицы, сунул палец в дыру — туго, горячо, Тое завыл, тело дёрнулось. Бастион, в агонии от drycum, схватил Тое за яйца фиксируя пацана на месте, сжал сильно, ревность жжёт — “держи, сука”, Тое скулил, дыра сжималась на пальце Рейк, слёзы текли.

Рейк вышел из Бастиона одним резким движением, переместился к Тое — “твоя очередь, мелкий”. Вошёл резко, Тое закричал от боли, девственная дыра отзывалась болью, Бастион схватил Тое за шею, придушил слегка и прижал к земле, тело Тое напряглось. Рейк ебал глубоко, хуй растягивал тугую дыру раба, Тое скулил, но через пару толчков расслабился — дыра расслабилась под хуем, по телу пошли ритмичные волны. Рейк рычал: — видишь, сука, берёт как надо, Бастион, учись.

Рейк вышел из Тое, дыра зияла, сок стекал, схватил Бастиона — — садись сверху, кончи наконец. — Бастион оседлал, дыра легко приняла хуй Рейка по яйца, двигался сверзу сам, drycum накатил мощно — тело дёрнулось, простата сжалась, волны без спермы, он выл тихо: верный пес. Тое подполз, лизал соски Рейк — соль, металл колец. Рейк кончил в Бастиона, сперма хлынула внутрь, горячая, густая, Бастион завыл, дыра переполнилась. Рейк вышел, сперма потекла — “вылизывай, Тое”. Тое уткнулся языком в дыру Бастиона, слизывал сперму, вкус солёный, мускусный, Бастион рычал, держал голову. Рейк встал над Бастионом, хуй на уровне рта — “открой,” — моча ударила струёй, теплая, жгучая, Бастион глотал, остальное стекло по лицу, по торсу, смешалось с потом и пылью. Костёр догорал, ночь сгущалась, тела блестели, ревность Бастиона тлела, но Рейк хлопнул по щекам обоих — “хватит на сегодня, суки, отдыхайте”.

Сон

Тела осели в пыль, тепло от костра смешалось с жаром разрядки — Рейк в центре, Бастион прижался боком, тяжёлая рука на плече лидера, Тое свернулся у ног, голова на бедре Бастиона. Сперма и слюна сохли на коже, моча Рейка ещё жгла во рту Бастиона, дыры ныли, клетки давили набухшие члены. Сон навалился тяжелый — тела сплелись, пот и пыль склеивали, тепло общее, разрядка физическая, ревность Бастиона притупилась, не ушла, но ослабла в тепле круга. Ночь Dustlands сомкнулась, до утра.